Александр Кузьменков нынче ухлопал на охоте пару жирных токующих глухарей: написал две рецензии подряд, на депутата от КПРФ, номенклатурного поповича Шаргунова и на "безсмысленного Снегирёва" (на этого — в День дурака). Оборвал лавры, собрал перлы шаргуновской, прости Господи, прозы: «Лошадь у изгороди возопила сквозь взмыленные удила». «Голубой джинсовый костюм, под которым голубела голубая рубашка». «Вываливаясь изо рта красноязыко, нижняя губа трепетала» . "Шаргунов дважды выходил замуж за высокопоставленных дочек. Его первый тесть Юрий Козлов командовал пресс-службой Совета Федерации. Его второй тесть – Владимир Толстой, действующий советник президента по культуре и искусству" — наябедничал Кузьменков . Вот в серии ЖЗЛ книжка о Катаеве мне понравилась, добросовестно сделана (если, конечно, Шаргунов сработал её сам, а то бывают случаи... ой, бывают!). Зато понятно, отчего Анна Козлова со своей убогой завирательной книжкой о семье шизофреников намедни получила "Нацбест": она же папина доча! И "Снегирёва" разнёс: Тридцатилетний недоросль, меняя имена, бродил из текста в текст, чтобы активно околачивать груши: дрочить в солярии, делать обрезание ради получасовой эрекции или мочиться с другом в подворотне, соревнуясь, у кого струя длиннее. И Костян в шлепанцах Gucci ходил за пирожками, и Гриша учился подмигивать незнакомкам, и Вадик знакомился с Таней, а она убежала. Других занятий не предвиделось, а из всех мыслимых вопросов протагониста беспокоил лишь один: «Почему я все-таки целовался без языка?..» Досталось от него и жующей гудрон критикессе Пустовой (жаль, микроскопическую Жучкову, такую же обожалку "Снегирева", наш зоил не приметил), жестоко он с ней разделался. ...В заслугу Снегиреву поставили запредельную искренность. Ну-у, кто бы спорил? – что есть, то есть: «Меня раньше часто хвалили: хорошо покушал, хорошо покакал. Хороший мальчик. И то и другое я и теперь делаю безупречно. Достиг совершенства». В этом бы и упражнялся. В са- мый раз" — советует зоил из Нижнего Тагила.