Владимир НАБОКОВ. Хороший читатель и хороший писатель
…Вверх по нехоженому склону взбирается художник-мастер, и кого бы вы думали он встречает на вершине, на обдуваемом ветром гребне? Запыхавшегося и счастливого читателя, от порывисто обнимаются и связаны теперь навек, если книга длится вечно.
…Литература родилась не в тот день, когда мальчишка с криком «волк!» «волк!» выбежал из неандертальской долины, а за ним по пятам гнался большой серый волк, литература родилась в тот день, когда мальчишка выбежал с криком «волк!», а волка позади не было. То, что настоящий зверь в конце концов слопал бедняжку, потому что тот слишком часто врал, не имеет никакого значения. Важно вот что. Между волком под развесистым деревом и волком в развесистой клюкве есть мерцающий посредник. Этот посредник, эта призма — искусство литературы.
Литература — это вымысел. Сочинительство — это сочинение. Назвать историю правдивой историей оскорбительно и для искусства, и для правды. Каждый великий писатель — великий обманщик, но такова и архи-плутовка природа.
…Литература родилась не в тот день, когда мальчишка с криком «волк!» «волк!» выбежал из неандертальской долины, а за ним по пятам гнался большой серый волк, литература родилась в тот день, когда мальчишка выбежал с криком «волк!», а волка позади не было. То, что настоящий зверь в конце концов слопал бедняжку, потому что тот слишком часто врал, не имеет никакого значения. Важно вот что. Между волком под развесистым деревом и волком в развесистой клюкве есть мерцающий посредник. Этот посредник, эта призма — искусство литературы.
Литература — это вымысел. Сочинительство — это сочинение. Назвать историю правдивой историей оскорбительно и для искусства, и для правды. Каждый великий писатель — великий обманщик, но такова и архи-плутовка природа.