«В грудях щемление»

Мало нам было дефектологини, жизнь положившей на разоблачение Ахматовой, явилась некая Ольга Черненькова со своим опусом «Воин и дева» об Анне Андреевне и Гумилёве. Вновь отличилось изд-во «Альпина», радовавшее деток 9 – 14 лет карикатурной книжулькой об Ахматовой, с «квестом» "Проживи неделю как Анна Ахматова!". Ни одна блоха не плоха, все чёрненькие, все прыгают.

Образчик авторского стиля из рекламного отрывка (лабораторная работа для студентов филфака МГУ: подсчитать количество штампов и клише, с помощью которых пепиньерка, начитавшаяся Чарской, создает невыносимо пошлую картину):

«Образ птицы, залетевшей слишком далеко в море, трогает и волнует. Она летит к гибели».

«Наряду со страшным демоническим образом роковой женщины создается и образ трогательный, до щемления в груди родной и трепетный».

«Гумилев вспоминал последнюю встречу и каждую деталь встреч и объяснений с Анной».

«За этот смутный и нелегкий для поэта период Гумилев написал множество стихов. Везде присутствует трагедия или драма».

А «дева» оказалась не девой – вот и вся «трагедия или драма». Гумилёв тут не первый воин, не последний, вспомним хотя бы Алексея Константиновича Толстого и его жену, Софью Бахметьеву. Чехова с Книппер и поминать нечего.

Если таков рекламный отрывок, то какова же вся книга Черненьковой? Любопытно, какова частотность употребления эпитетов «трепетный», «трогательный» и «роковой». А вы говорите: пошлая Алиса Ганиева опошлила пошлейшую Лилю Брик! Кабы она одна!.. Но Вы виноваты сами, ААА: нечего было учить женщин говорить, теперь на их коллективный разинутый роток не накинешь платок, и псевдоклассической шали не хватит.