Котауси и мауси
У взрослой дворовой богатки погибли все котята, кроме рыжего, который выбрал свободу и от укотерения отказался. Ему уже четвёртый месяц, но она до сих пор с ним очень нежна. Вчера ела, а хвост оказался в луже, так рыжик бегал вокруг: "Мамочка, у тебя хвостик в воде!" — пытался лапами отодвинуть её хвост. При встрече мать с сыном долго целуются со щеки на щёку, хвостами обвиваются.
А так он диковат. У людей, желавших его укотерить, двое суток бил посуду и колотил домашнее зверьё, по ночам громко просился к маме.
Вот он, Рыжик, только нечёткий: в непрерывном движении.
На днях он увидел месячного котёнка Серой, того, что с черным носиком, долго осматривал со всех сторон, а потом лизнул малыша в мордочку.
Вот этот самый Усатый-полосатый.
Недаром я черноносого фотографировала, недаром он в футбол играл, проявлял жизненную активность — его нынче укотерили, вслед за сереньким братцем. Серая Муся грустно ответила: "му-рыр!" — на вопрос, что, Муся, забирают твоих деток. "Она бегала его искать", — говорят старушки. — "Вот ужо мы её к ветеринару на стерилизацию! И ту пёструю тоже!" Кошки почуяли неладное, задавили и принесли огромную гадкую крысу: не надо нас к ветеринару, от нас много пользы.
Мика, богатка, и серая Муся, котоматери. Они подружки.
ЗЫ. Оказалось, глупые дети утащили котёнка, наигрались и бросили, и сейчас в темноте и холоде я нашла его (подсказала добрая женщина) уже в другом конце огромного двора, он сидел и во весь голос плакал. "Наш? Наш: носик чёрный, родинка на губе!" Голодный. Ведь это меня Бастет понудила в такой поздний час идти сухого корма дать Серой — и найти ее чадо, о котором она безпокоилась. При виде матери задёргался в руках: "мама, мау!" Нежная встреча с лобзаниями.
А так он диковат. У людей, желавших его укотерить, двое суток бил посуду и колотил домашнее зверьё, по ночам громко просился к маме.
Вот он, Рыжик, только нечёткий: в непрерывном движении.
На днях он увидел месячного котёнка Серой, того, что с черным носиком, долго осматривал со всех сторон, а потом лизнул малыша в мордочку.
Вот этот самый Усатый-полосатый.
Недаром я черноносого фотографировала, недаром он в футбол играл, проявлял жизненную активность — его нынче укотерили, вслед за сереньким братцем. Серая Муся грустно ответила: "му-рыр!" — на вопрос, что, Муся, забирают твоих деток. "Она бегала его искать", — говорят старушки. — "Вот ужо мы её к ветеринару на стерилизацию! И ту пёструю тоже!" Кошки почуяли неладное, задавили и принесли огромную гадкую крысу: не надо нас к ветеринару, от нас много пользы.
Мика, богатка, и серая Муся, котоматери. Они подружки.
ЗЫ. Оказалось, глупые дети утащили котёнка, наигрались и бросили, и сейчас в темноте и холоде я нашла его (подсказала добрая женщина) уже в другом конце огромного двора, он сидел и во весь голос плакал. "Наш? Наш: носик чёрный, родинка на губе!" Голодный. Ведь это меня Бастет понудила в такой поздний час идти сухого корма дать Серой — и найти ее чадо, о котором она безпокоилась. При виде матери задёргался в руках: "мама, мау!" Нежная встреча с лобзаниями.