«Зима — за морозы, а мужик — за праздники!», «Как ни зноби мороз, а праздничек веселый теплее печки пригреет!» — говорят на посельской-попольной Руси. Декабрьское звено праздников, связанных в народной памяти с различными поверьями, обычаями и сказаниями, начинается шестого декабря зимним Николиным днем («Зимним Николою»). Шестого декабря, по преданию, Никола-угодник спускается с небесных полей на оснеженную землю и шествует по лицу Земли Русской, обходя ее — обыденкой — из конца в конец. И убегают от него, еще загодя, все духи тьмы, как огня-молнии Ильи-пророка, боящиеся сурового взгляда очей св. Николая. «У того ли, у Николы можайского, Те мужики новгородские сходилися, На братчину, на Никольщину, Начинают пить канун, пива ячныя»… Так пелось в старинной песне, занесенной Киршею Даниловым в его «Древния русския стихотворения». «Никольщина-братчина» справляется и в настоящее время в некоторых местностях, преимущественно в северных губерниях. Это — «обетный» праздник, готовясь ко встрече которого, варят всею деревней, на общий счет, пиво, распиваемое до последней капли в один день (кроме «Николы зимнего» это блюдется и в некоторые другие праздники). В старину на Николу приносили «мужики новгородские» к обедне в церковь жареных петухов, баранину и караваи хлеба. Часть этого отдавалась причту церковному за молебен, а остальное — шло на угощение съезжавшихся и сходившихся на братчину. «На братчину ездят незваны!», «Братчина судит, ватага — рядит!» — говорят в народе. — « На Никольщину и друга зови, и ворога зови, оба друзьями будут!» — добавляет он в другом изречении, намекая на то, что за одним столом с братающимся людом сидит и Яр-Хмель, общий примиритель. «Николить» — праздновать Никольщину — является в то же самое время равнозначащим словам: пить, гулять, пьянствовать. «Наши заниколили» , говорят в народной Руси, любовно относящейся к своему «веселию», но тут же следом приговаривают: «Что наковал, то и прониколил!», «Дониколился до сумы»… Крылатое слово народное рисует яркую картину деревенского веселья, связанного с зимней Никольщиною. Вся эта картина составлена из поговорок, вроде: «Веселилась Маланья на Николин день, что мирскую бражку пьет, а того Маланья не ведает, что за похмелье мужиков бьют!», «Звали бабы Никольских ребят брагу варить, а того бабы не ведали, что ребята только брагу пьют!», «На Никольщину едут мужики с поглядкой, а после Никольщины валяются под лавкой!»; «Знать мужика, что Никольщину справлял, коли на голове шапка не держится!» … В таких поговорках народ сам подсмеивается над своим обычаем; но он же все-таки не так-то уж строго порицает этот последний, если и теперь повторяет старые слова: «Никольщина красна пивом да пирогами!», «Для кума Никольщина бражку варит, для кумы пироги печет!», «Городская Никольщина на санках по улице бежит, а деревенская в избе сидит да бражку пьет!», «Горевал мужик по Никольщине, зачем она не целый век живет!» Аполлон Аполлонович Коринфский, из кн. "Народная Русь" С Праздником, крещёные!