ТРИ АЛЕКСЕЯ Кровавым снегом мы занесены, И кровь избрала знаменем Рассея. Тишайшему, должно быть, были сны О гибели второго Алексея. Как рябь отлива, отступала Свея. Был Петр велик, и горек хлеб страны, И в каземате, у сырой стены, Царевич слег, о прошлом сон лелея. Отечество! Где сыщем в мире целом Еще в утробе тронутых расстрелом, Абортом остановленных детей? Им дан в цари ребенок незабвенный, Что Дмитрию подобен, убиенный: Блаженный отрок, третий Алексей. 1935