Пошуршать листвой 🍀
На брегах Невы — продлённое лето, расцветают второй раз обманутая персидская сирень и одуванчики, над цветочными клумбами вьются пчёлы и пёстрые бабочки-крапивницы. Как приятно снова голые ноги сунуть в летние туфельки и выгулять летнее платье, — а в середине сентября облачались уже в куртки, колготки шерстяные, носили тяжёлую осеннюю обувь. Лишь деревья багряные и золотые в позднем тепле. "Золотая осень".
Коты и кошечки блаженствуют, мурлычут и тянутся, сулят обнову Маркизе. Угостила их лакомством кошачьим.
Солнце пригревает, плащик переброшен через руку. Вальяжно по синей Неве солидные белые яхты идут на Валаам, и плещет волна до новехоньких лестниц-спусков к воде. Набережная обустроена, фонари зажжены среди бела дня, у Отрадного нынче юбилей, все выходные будут гулять (насвинячат пролы на новом месте, как у потомков Хама и Каина в обычае. Без городового всякая красота и благоустройство беззащитны). Новый памятный знак морского места: чёрный якорь вделан в камни.
Сухую берёзу (примету) спилили, не дали оправиться дереву, а могло ещё пожить; у её корней вновь сорвала букет: пять четырехлистных клеверов, один о пяти лепестках. Каково? Загадала, чтобы книжечку новую покупали, чтобы моя фортуна читателей коснулась ласково. За это странное лето нашла, кажется, двадцать пять "счастливчиков" — чудеса! Невероятное что-то. Лень лакировать листочки дома, решила засушить в блокноте. Они ещё и большущие...🍀🍀🍀🍀🍀🍀
Брошенные садовые деревья на берегу ломятся от яблок (белый налив, червячком меченный), шиповник роняет ветки от невиданного изобилия плодов. Красивейшие открылись виды, когда убрали мелколесье и кусты: дуб, разбросавший глянцевитые светлые жёлуди, высокие берёзы с двойными стволами-лирами, сосны и ели.
Восемь гусей строились клином над закатной рекой, летели навстречу синему воздушному шару; над корзиной отважных воздухоплавателей мигал красный огонёк — шар уплыл за тёмную зубчатую линию леса во Всеволожске, на том берегу Невы.
Коты и кошечки блаженствуют, мурлычут и тянутся, сулят обнову Маркизе. Угостила их лакомством кошачьим.
Солнце пригревает, плащик переброшен через руку. Вальяжно по синей Неве солидные белые яхты идут на Валаам, и плещет волна до новехоньких лестниц-спусков к воде. Набережная обустроена, фонари зажжены среди бела дня, у Отрадного нынче юбилей, все выходные будут гулять (насвинячат пролы на новом месте, как у потомков Хама и Каина в обычае. Без городового всякая красота и благоустройство беззащитны). Новый памятный знак морского места: чёрный якорь вделан в камни.
Сухую берёзу (примету) спилили, не дали оправиться дереву, а могло ещё пожить; у её корней вновь сорвала букет: пять четырехлистных клеверов, один о пяти лепестках. Каково? Загадала, чтобы книжечку новую покупали, чтобы моя фортуна читателей коснулась ласково. За это странное лето нашла, кажется, двадцать пять "счастливчиков" — чудеса! Невероятное что-то. Лень лакировать листочки дома, решила засушить в блокноте. Они ещё и большущие...🍀🍀🍀🍀🍀🍀
Брошенные садовые деревья на берегу ломятся от яблок (белый налив, червячком меченный), шиповник роняет ветки от невиданного изобилия плодов. Красивейшие открылись виды, когда убрали мелколесье и кусты: дуб, разбросавший глянцевитые светлые жёлуди, высокие берёзы с двойными стволами-лирами, сосны и ели.
Восемь гусей строились клином над закатной рекой, летели навстречу синему воздушному шару; над корзиной отважных воздухоплавателей мигал красный огонёк — шар уплыл за тёмную зубчатую линию леса во Всеволожске, на том берегу Невы.