А была ли девочка?

Литературный критик Елена Иваницкая поделилась огорчением: купила учёную книжку, изданную "НЛО" на грант, с заманчивым названием "Сметая запреты: очерки русской сексуальной культуры XI— XX веков. Коллективная монография / Н. Пушкарева, А. Белова, Н. Мицюк. — М.: Новое литературное обозрение, 2021. — (Серия «Гендерные исследования»), деньги потратила немалые, а под обложкой с игривым рисунком К. Сомова три учёные дамы сделали ряд невероятных открытий в литературоведении. Представляете, у бесплодного Александра Блока отыскалась дочь, рожденная Любовью Дмитриевной Менделеевой-Блок в законном браке, сразу после свадьбы, к огромной радости старика Менделеева. Даже изобретение сорокаградусной и открытие периодической системы элементов так не обрадовало нашего великого учёного, примерного семьянина!

А.А. и Л.Д.Блок на балконе петербургского дома на Пряжке. 1919. "Хотите к нам на Пряжку?"

К несчастью авторок и редакторок, в своё время Е.Н. Иваницкая защитила кандидатскую диссертацию по творчеству Александра Блока. А вот я хотя не блоковед, но семейные неурядицы Блока мне тоже прекрасно известны из трудов исследователей старой школы, из документов и мемуаров (совсем недавно вышла переписка Блока с женой), а не фантазий грантоедок новой формации. Среди новинок у меня оказалась и эта книжка. Кинулась читать вслед за Иваницкой и тоже офигела. Не единожды, а трижды сообщают нам три дамы (авторы книги — А. Белова, Н. Мицюк и Н. Пушкарева, историки и антропологи, члены Российской ассоциации исследователей женской истории. Ред. Мария Нестеренко):

"Л. Д. Менделеева-Блок, несмотря на любовь к флирту, страстную натуру (на страницах своего дневника она откровенно описывала любовные ухаживания своих поклонников и интимные переживания), вступая в брак, кажется, до конца не имела представления о том, как появляются дети. Она не желала беременеть и становиться матерью. Ее жених пообещал, что детей у них не будет. Однако, находясь в положении вскоре после свадьбы, она писала, что «ничего не знала о прозе жизни» [1094]. Видимо, обещание, данное мужчиной, для нее являлось гарантом того, что не будет нежелательных беременностей".

Сноска указывает на мемуары Л.Д. Менделеевой-Блок, "И были, и небылицы о Блоке и о себе". И эта редкая книжица заграничного издания у меня есть, открываю со злоехидным намерением проверить сноску — и что же?

Разъясним сову для пролетариев: Л.Д. забеременела в 1908-м году, и совсем не от Блока, который не мог иметь детей, а замуж вышла на пять лет раньше. Блок с женой телесно не жил, не испытывал плотского влечения, общеизвестный факт. Детей у них не было. Любовь Дмитриевна помучилась-помучилась, изображая Вечную Женственность для Саши и для Бори разом, а потом ушла в актрисы и жила со многими любовниками, от одного из актёров — Константина Давидовского, "пажа Дагоберта", — родила сына, крестили Дмитрием, Блок признал чужого ребёнка родным, но тот умер, прожив всего девять дней ("Нет, над младенцем, над блаженным, // Скорбеть я буду без Тебя").

А "паж Дагоберт" играл потом Будённого в "Красных дьяволятах". Телом, как вспоминала Л.Д., был хорош.

В тех же мемуарах, якобы прочитанных нашим трио бандуристок (видимо, списали выходные данные книги, на которую ссылаются, не читав её), читаем дальше:

"Саша — тоже что-то вроде нотации: пошлость, гадость, пусть будет ребенок, раз у нас  н е т, он будет наш общий".

Как же можно "смотреть в книгу — видеть фигу"?

А в своём коллективном труде учёные феминистки продолжают совершать невероятные находки:

"Забеременев, она делала все, чтобы избавиться от своего положения. Материнский инстинкт в ней так и не проснулся. Рожденная девочка вскоре умерла. Л. Д. Менделеева-Блок писала, что наконец спасена от «прозы жизни». ...Сложно судить, насколько гармоничными были отношения между юной Любой и ее знаменитым отцом Дмитрием Ивановичем Менделеевым. Известно лишь, что разница в возрасте ее родителей была существенной (это был второй брак для Д. Менделеева). В.В. Розанов в одном из своих сочинений указывал на то, что Д. Менделеев чрезвычайно «тосковал и тревожился, пока его замужняя дочь не забеременела».

Рождена отчего-то оказалась девочка, но крестили Дмитрием, в честь покойного отца Любови Блок. Спустя полтора года после своей смерти Дмитрий Иванович прекратил тосковать и тревожиться — просто святочный рассказ о неупокоенном духе Менделеева! Надеюсь, он являлся со штофиком сорокаградусной своей праздной дочери-актрисе, помавал своим ценным изобретением в лунном свете, шумно вздыхал, кивал и манил за собою. А что это упоминание Розановым семейного беспокойства Менделеева относится совсем не к Л.Д., а к другой дочери, "авторкам" в головы не пришло. Одна голова — хорошо, а три лучше!

А вот ещё новость:

"В отношении же Софьи Бахметевой выяснить что-либо оказалось сложнее. В тексте архивного документа не упоминалось даже ее отчество. Однако в результате сопоставления некоторых данных стало понятно, что героиня этой истории есть не кто иная, как Софья Андреевна Толстая"... — это горделивое изумление (надо же, это она и есть, которой посвящено "Средь шумного бала, случайно..."!) очень показательно. Господи, я это в средней советской школе знала, в шестом классе, а докторессы-историки и антропологи гордятся очередным открытием Америки.

Книжка уморительно смешна своей наукообразностью:

"Стремление преодолеть в себе «тайные мерзости» в сочетании с невозможностью подавить юношескую гиперсексуальность порождало в сознании социально ориентированных молодых радикалов тяжелейший психологический стресс. 11 августа 1848 года Николай Чернышевский и его ближайший друг Василий Лободовский, оба «сказали, поправляя у себя в штанах: скверно, что нам дана эта вещь…»

Вам, утяты! Как указывали классики марксизма-онанизма, дело Розанова в надёжных руках:

"Можно, однако, отметить некоторую «национальную специфику» в сексуальной культуре россиян. Она впервые была замечена Василием Розановым, а ныне исследуется и обосновывается Дмитрием Галковским [1163]. Речь идет об особой склонности «совершать любовное преступление в одиночку», об онанизме".

И т.д. и т.п. Узнать бы сумму гранта, отпущенного на эти небывалые научные открытия.
У книжки есть научные консультанты, рецензенты: М. М. Керимова, доктор исторических наук, О. Е. Казьмина, доктор исторических наук. Рекомендовано к печати Ученым советом ФГБУН Ордена Дружбы народов Института этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая Российской академии наук, печатается по Программе НИР ИЭА РАН.

Вот же анафемы, переписка Энгельса с этим чёртом, как его, Каутским — немедленно в печь!..