Русской Музе Зачем не жил я в дни, когда проснулась Ты, Душенька, Ленора, Лалла Рук, О Муза русская! Когда горячих рук Лицейских юношей твоя рука коснулась. Прелестная, невинная Людмила, Узнав любви мучительную власть, Курчавому арапу подарила Ты первую девическую страсть. Марией, Машенькой, а чаще — бедной Таней Любовнику в ночи являлась ты, И жар твоих язвительных лобзаний Он пил среди неверной темноты . Но за тебя он принял Гончарову, И Черной речкой кончилась любовь; Тебе остались ранний траур вдовий И Пушкиным разбуженная кровь. Ты стала женщиной — прекрасной и надменной, Княжной, графиней; в светский маскарад Тебя увлек поручик озлобленный И в даль увез заезжий дипломат. Но век златой других веков короче: Едва родясь, уже кончался он; Пусть многим ты свои дарила ночи — На их устах рождался только стон. Серебряный сентябрь за августом палящим! На лозах высохших — душистые плоды! Жрецов на башне и бродяг гулящих Изысканным стихам учила ты. Но был один, чьи спутанные речи Тебя пленили, снежная Кармен; Он в синий плащ твои закутал плечи, Увел тебя в свой соловьиный плен. Но залп Авроры раскатился громко, И в мертвом городе, на стынущей Неве, Оставил он, Фаина, Незнакомка, Тебя, как Катьку, с пулей в голове. А все, что сберегла в смертельной вьюге, Последние, осенние цветы, Ты отдала единственной подруге, И радостной, и горестной, как ты.