Садовской у Розанова

В январе 1911 года, приехав ненадолго в Петербург, я решил во что бы то ни стало побывать у Розанова. С бьющимся сердцем взялся я за телефон. - "Кто говорит?" — "Василий Васильевич, вы меня все равно не помните, я нижегородец, с вами в переписке. Позвольте вас посетить". — "Да цель-то посещения какая?" — "Никакой, просто увижу вас". — "Ну, приходите вечером".

В девять часов я был на Звенигородской, Розанов встретил меня в передней на пороге кабинета с серьезным видом, с неприветливым лицом. Едва я заговорил, он широко улыбнулся и ввел меня в кабинет.

Не понимаю, как это могло случиться: в час с небольшим рассказал я всю свою жизнь. Выслушав меня, Розанов заметил: "А вы человек с характером". Весь вечер вспоминал он Нижний, Покровку, Черный пруд. В Розанове я нашел ту задушевную нежность, что пленяла меня в статьях, его ребяческие жесты, шаловливая походка. Ни дать ни взять переодетый гимназист.

Василий Васильевич подарил мне несколько своих книг, ласково проводил меня и поцеловал на прощание.

("Заметки", "Новый Журнал", № 133, 1978.)



Могилы Леонтьева и Розанова срыты и сравнены с землей, на их месте площадка для футбола.

(Там же.)