Ничтожество человеческое вообразило, что само полагает пределы дню и ночи. Опять началась эта дрянная затея с переводом часов. Из дневников Бунина: "А как измываются над мирным жителем! Идет по улице и вдруг: "Товарищ гражданин, который час?" А тот сдуру вынет часы и брякнет: "Два часа с половиной". - "Как, мать твою душу, как два с половиной, когда теперь по-нашему, по-советски, пять? Значит, ты старого режиму?" - Вырвет часы и об мостовую трах!" "По вечерам жутко мистически. Еще светло, а часы показывают что-то нелепое, ночное. Фонарей не зажигают". "Сейчас (8 часов вечера, а по-"советскому" уже половина одиннадцатого) закрывал, возвратясь с прогулки, ставни: ломоть месяца, совсем золотой, чисто блестит сквозь молодую зелень дерева под окном на очистившемся западном небе, тонком и еще светлом". ("Окаянные дни") Революция - во всем. И над законами природы надругаться невтерпёж.