Недавно цитировала статью покойного филолога-архивиста А. Галушкина о борьбе совписов за академические пайки, изданную в очередном томе академического «Литературного Наследства»: "Когда ему выдали сахар и мыло, он стал домогаться селёдок с крупой..." А вчера на "Радио Свобода" вышла содержательная статья Константина Львова об этой новой книге, с прибавленными воспоминаниями о филологе Александре Галушкине его друзей и соратников. Моника Спивак: Он ведь выпускник журфака. Пошел туда по призванию, печатался в разных дурацких газетках с малых лет. Должно было быть легкое перо, легкость в мыслях, чтобы не помнить, о чем писалось вчера и с легкостью менять темы. Но в итоге – вышло что-то прямо противоположное журналистике. Архивный юноша, фундаментальный ученый, совсем не легкий в мыслях и делах. Он не так много написал, как мог бы, потому что писал трудно, наверное, можно назвать его тугодумом... [...] Но было у него и святое – встречи с парой-тройкой студенческих друзей, с Нехотиным, прежде всего. Тогда мы ему были не нужны. У них свои разговоры. Или может быть, и не какие-то там высокие разговоры, потому что пили они крепко, а вполне наполненное содержанием молчание. Думаю, что в общении с ними он был совсем другим, чем с нами. Владимир Нехотин: Началось наше без малого 37-летнее знакомство с АГ в сентябре 1977-го, когда традиционная в те времена для первокурсников журфака МГУ барщина по уборке опавших листьев в соседнем Александровском саду столь же традиционно перетекла в коллективное распитие. Саша, похоже, ожидал увидеть в журфаке некую light-версию литинститута. Где-то неподалеку от его дома в Коломенском располагался кооператив Союза журналистов, слышанная от обитателей которого фраза "гранки – верстки – главный зарезал" стала одной из постоянных Сашиных присказок, и вправду уместной на все случаи жизни и на все времена. – Какая литература ему нравилась и как ученому, и как читателю? – По университетской программе читать было столько, что на всякое "помимо" времени не хватало, примерно так же было и дальше. Истоки его интереса к Замятину – отдельная тема, приведу только его сравнение: "Если отжать, дистиллировать Тургенева, получится Бунин, а если Лескова – то Замятин"... ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ: https://www.svoboda.org/a/rassledovatelj-ot-filologii-nauchnyy-putj-aleksandra-galushkina/31473017.html