Борис САДОВСКОЙ [РУССКАЯ МУЗА]
Рыбак из Холмогор, великий Ломоносов
Русь, деву юную, осыпал серебром.
Багрима мощный внук, Державин, бард Фелицы,
Алмазами ее и золотом одел.
Мечтательный певец, наперсник дев, Жуковский
В ткань златоцветную красавицу облек.
Пленительным вином и сладкими плодами
Беспечный Батюшков красотку одарил.
Улыбку ясную и разум вдохновенный
И веру твердую ей дивный Пушкин дал.
Бичом сверкающим, смеясь сквозь слезы, Гоголь
Ударил по сердцу красавицы младой,
И звоном жалобным своей печальной лиры
Впервые Лермонтов в тоску ее поверг.
Тургенев, Лев Толстой, Островский и Аксаков
Ей дали зеркало для будущих веков.
Грядущий светлый путь к величию и славе
Белинский, мощный вождь, ей смело указал.
Граф Алексей Толстой, Полонский, Фет и Майков
Лазурным жемчугом одели ей чело.
И, полная красы и силы величавой,
Смиренно шествует красавица вперед.
Нач. 1900-х
Русь, деву юную, осыпал серебром.
Багрима мощный внук, Державин, бард Фелицы,
Алмазами ее и золотом одел.
Мечтательный певец, наперсник дев, Жуковский
В ткань златоцветную красавицу облек.
Пленительным вином и сладкими плодами
Беспечный Батюшков красотку одарил.
Улыбку ясную и разум вдохновенный
И веру твердую ей дивный Пушкин дал.
Бичом сверкающим, смеясь сквозь слезы, Гоголь
Ударил по сердцу красавицы младой,
И звоном жалобным своей печальной лиры
Впервые Лермонтов в тоску ее поверг.
Тургенев, Лев Толстой, Островский и Аксаков
Ей дали зеркало для будущих веков.
Грядущий светлый путь к величию и славе
Белинский, мощный вождь, ей смело указал.
Граф Алексей Толстой, Полонский, Фет и Майков
Лазурным жемчугом одели ей чело.
И, полная красы и силы величавой,
Смиренно шествует красавица вперед.
Нач. 1900-х