Борис САДОВСКОЙ. Из повести "Чёрный талисман"

Нижегородский филолог Изумрудов подхватил выпавший из хладных рук Шумихина архив Садовского; готовит в свет собрание сочинений с научными комментариями. Поздравляю его от души и не ропщу: с начала 2003-го года мы с друзьями собирались этим заняться, но малы были наши достижения: всего лишь несколько газетных и журнальных переизданий "Александра Третьего" предприняли да издание "Шестого часа". Жду с нетерпением издания, пусть осуществится этот проект в наши ужасные дни, при всех сложностях издательского процесса.

Великолепная ранняя вещь БАСа "Чёрный перстень" (1914) живо напомнила мне детскую мою писанину. Есть тонкие властительные связи: тут и Гоголь, тут и Бестужев-Марлинский, тут и Майринк (у Садовского злодействует в исторической повести коварный англичанин, алхимик Джон Ди). При мишурной избыточности стилизации, особенно в восточных сценах, всё-таки БАС очаровывает и волнует душу.

"Заперев пана Адама в подвале, доктор Ди быстро, почти бегом, пустился по коридорам, взвевая фиолетовыми полами одежды и пугая летучих мышей и крыс. Фонарь едва мерцал у него в руках, слабо указывая дорогу. На одном из поворотов, перед самым подвалом панских вин, какая-то белая тень отделилась от стены и упала на руки доктору Джону.

– Милый, милый, – шептала бессвязно пани Марианна, – наконец-то, наконец-то я свободна.

Доктор жадными поцелуями осыпал лицо и шею прекрасной панны.

– Ты запер, запер его, он останется там навсегда в подвале со своим проклятым золотом! О, какое счастье! Едем скорей, скорей, кони уже ждут нас".

... – Милостивый хан! Видно, все те сказки о немце, что варил будто воеводе золото, оказались вздором. Да полно уж, был ли тот немец на самом деле?

Девлет-Гирей вместо ответа указал боярину на валявшийся вздутый труп.

– Кто же его запер здесь и кто пробил мечом того молодца? – спросил хан, пожав плечами.

– Шайтан! – послышалось среди татар.

– Нечистая сила, – прошептал Садко.

...Доктор, одетый в черное, широкое, как у монаха, платье, раздул маленькую жаровню и бросил в нее горсть пахучих зерен. Аромат благоухающих смол провеял по подземелью.

– Кого хочешь ты видеть, Государь? – спросил кудесник.

– Вызови мне предка моего, варяжского князя Рюрика, – шепотом отвечал царь.

Джон Ди поклонился и, подойдя вновь к жаровне, положил на красневшие уголья щепотку белого порошку. Синий дым, заклубившись, взлетел рдяным облаком и, подобно лунному свету, заткал низкий потолок и книжные стены голубоватым сияньем.

– Смотри сюда в угол, Государь, – зашептал доктор, – только не говори ни слова.

В темном углу будто какая-то тень зашевелилась, и в неясных очертаниях показались мало-помалу могучие плечи и широкая грудь пожилого воина. Лицо его низко было опущено на грудь, толстые губы шептали что-то, шевеля концами длинных седых усов. Рюрик поднял голову с остриженными седыми волосами; в ухе его блеснула зеленая серьга; вот он оперся о рукоять меча обеими огромными руками, переступил два раза...

Царь приподнялся и открыл было рот; доктор махнул рукой, и видение тотчас скрылось.

– Не говори ни слова, Государь, прошу тебя, – настаивал, хмурясь, доктор, – не то большая будет беда.

Адашев охал и крестился, отирая со лба руками пот.

– Не бойся, боярин, – с усмешкой промолвил доктор. – Кого еще хочешь ты видеть, Государь?

Иван Васильевич тяжело дышал.

– Никого... довольно... устал я... Воздуху, воздуху скорее!"*

*Публикуется впервые с авторизованной рукописи, находящейся в
фонде «Товарищества издательского и печатного дела А.Ф. Маркса»
(РГАЛИ. Ф. 335. Оп. 1. Ед. хр. 228) [Садовской РГАЛИ]. Публикация,
подготовка текста и комментарии Ю.А. Изумрудова.