Шесть лет назад, 13 марта, закончила маленькую грустную повесть об Егоре Столетове. (Избранные места из переписки с Г.А. Барабтарло. О критике на мою повесть "Коль пойду в сады али в винограды") ...Пришлите Вашего недоброчитателя изъ М. Что ему не нравится, то и есть лучшее въ этой вещи. Это почти всегда такъ бываетъ. Профаны попадаютъ одновременно впросакъ и въ точку. ...Ну, это пустяки. Не говоря о томъ что, хоть я сторонній публичнымъ дневникамъ, но думаю, что на жж-жужжанье не наздравствуешься, и что критика этого рода колеблетъ треножникъ еще менѣе, чѣмъ зыбь на мелководье. Ему не нравится стилизація — не слѣдовало читать вещь, на этомъ формально основанную. Помнитъ Ауслендера и Пикуля, но не помнитъ Толстого (всѣхъ троихъ: лучшій изъ нихъ началъ Петра и много написалъ; его полуоднофамилецъ подхватилъ) или Тынянова. Т.е. какъ я и написалъ: его претензія обнажила одну изъ лучшихъ сторонъ повѣсти, ибо то что онъ принимаетъ за бородавку — изящная родинка (или мушка). Нелюбящіе насъ бываютъ полезнѣе любящихъ, и часто — благодѣтели. ...Вы не довольно высоко цѣните свой классъ, не то Вы не стали бы обращать вниманія на такіе пустяки. Обѣ Ваши ретроспективныя вещи очень сильны, поэтому оцѣнить по достоинству ихъ могутъ 7-8 читателей. Набоковъ писалъ Вильсону, что женская проза въ другой — очевидно низшей — лигѣ, и былъ правъ. А въ этой Вашей книгѣ нѣтъ никакой возможности догадаться, что сочинитель женщина, и къ этому многое можно было бы прибавить. При такомъ рѣдкомъ дарованіи, какъ можно даже замѣчать такія уморительныя совглупости о себѣ. Вотъ о моихъ Подписяхъ и даже Лицахъ даже глупостей кажется не пишутъ, а о томъ что я писалъ о Набоковѣ писали, что я хочу вернуть крѣпостное право, что я "колчаковецъ", и что я повредился въ разсудкѣ, стараясь подражать Набокову. (2017)