"И она остановилась около торговца благовониями, и взяла у него десять разных вод: розовую, смешанную с мускусом, апельсиновую, воду из белых кувшинок, из цветов вербы и фиалок, и еще пять других" ( "Тысяча и одна ночь"). Не взяла Шахерезада Степановна ничего, о девы-парфоманьячки, ибо пробегая мимо сиэй станции, закрытой на ремонт, - с "Горьковской" до "Петроградской", - обнаружила она, что "Рив Гош" - того-с... закрылся, тлен, пыль и запустение кругом. Ай! олешка с обрыва прыгнул! Ну, не беда, на углу Большого проспекта Петроградской Стороны уж лет пять роскошный "Иль де Ботэ" красуется, манит огнями. Ой! за лето там появился ломбард-ювелирный, а магазина-то и нет. Ладно, хоть марокканское оливковое мыло купить бы со скидкой в банальнейшем "Ив Роше" - но и там мерзость запустения. Однако, тен-ден-ция. И очень нехорошая: похоже, на носу новый кризис, а локальный эрэфийский или глобальный - увидим, если доживём и если выживем . Призадумайтесь-ка, девицы-красавицы. (ЗЫ. А в "Рив Гоше" подсела я на "адские блески Герлен", Guerlain Gloss d’Enfer, накупила уже коллекцию, и оранжевый, и бледно-золотой, и розовый. По заветам алхимиков магазин обратил яд в лекарство: жертвует процент от продаж Guerlain на православную школу Шостаковичей для малоимущих детей. Забавно. Шостаковичи - известные благотворители.)