День русской скорби и слёз

Государь и Августейшие Дети выходят из Феодоровского государева собора в Царском Селе. 1913 г.

Из акафиста нонешнего: "Восстал еси на заступление обидимыя страны Сербския..." Сто лет назад дело было, до сих пор кровавую кашу не расхлебаем.

Было нас на Крестном ходе крайне мало - человек 500 от силы. А помню, шли "седмь тысящ не преклонивших колена Ваалу" от последнего приюта иосифлян - в Казанский собор (при губере Яковлеве), и бодрый еще тогда "Дедушка" командовал в рупор, и пели "Спаси Господи, люди Твоя..." Нет его, нет и старчиков-священников о. Владимира Ноздрачёва из церкви села Рождествено (набоковское имение) и беленького как лунь о. Иоанна Варламова из Всеволожска. Нет мальчишек в черных рубахах - все уехали на гражданскую войну, променяв имперский флаг на торговый БеСиК. Кто-то уже и погиб безсмысленно под огнем украинских танков.

"Благословите, о. Алексий". - "Бог благословит".

Седобородый стал. Двадцать с лишним лет прошло.

…И ничему не возродиться
Ни под серпом, ни под орлом!

Пели мы, и нынче пели с рыдающей струнной скорбью: "Царице моя Преблагая, надеждо моя, Богородице... Зриши мою беду, зриши мою скорбь..."

Вот в утешение:


Птица райская на изразце ворот Михайловского сада.




Имперские флаги у Спаса-на-Крови

И все-таки:

Я за войну, за интервенцию,
Я за царя, хоть мертвеца.
Российскую интеллигенцию
Я презираю до конца.