За спичками. Хмурый, декабрый
"Кузьмич! А ты давно финский знаешь?"
На память об историческом моменте. На дороге Светогорск - Иматра туда - почти никого из наших, оттуда - вереница машин из Чухны: радостные "финики" (практичный хуторской характер) мчатся в Пиетттариии закупаться дешевым русским бензином и русской водкой, очередь на КПП часа на три, протолковатттая.
В магазине на Петроградке печальная продавщица сказала, что раньше ценники переписывали раз в год, а теперь - ежедневно.
В типографии: "У нас летом куплено полтонны бумаги! Что мы будем с ней делать?"что делать кто виноват где все наши деньги проклятые русские вопросы Ж...пы подтирать. Выгодно вложились, значит. Вопрос, сколько кальки-плёночки стоить будут с НГ. И картриджи.
В Питере одни рекламные плакаты улыбаются.
То-то на моем ДР все сидели одухотворённые, любящие, прямо друзья Турбиных, и никто не ярился в религиозно-политических спорах, как бывало. Благостные такие, за окнами вьюга и пэтурра, а тут у абажура читайте, дремлите... "Последний нонешний денёчек..."
Даже мелькнуло, прости мне Боже, что весной "Дедушку" хоть по-человечески похоронили, проводили, как должно, в путь всея земли.
А все-таки пусть бы еще пожил.
На память об историческом моменте. На дороге Светогорск - Иматра туда - почти никого из наших, оттуда - вереница машин из Чухны: радостные "финики" (практичный хуторской характер) мчатся в Пиетттариии закупаться дешевым русским бензином и русской водкой, очередь на КПП часа на три, протолковатттая.
В магазине на Петроградке печальная продавщица сказала, что раньше ценники переписывали раз в год, а теперь - ежедневно.
В типографии: "У нас летом куплено полтонны бумаги! Что мы будем с ней делать?"
В Питере одни рекламные плакаты улыбаются.
То-то на моем ДР все сидели одухотворённые, любящие, прямо друзья Турбиных, и никто не ярился в религиозно-политических спорах, как бывало. Благостные такие, за окнами вьюга и пэтурра, а тут у абажура читайте, дремлите... "Последний нонешний денёчек..."
Даже мелькнуло, прости мне Боже, что весной "Дедушку" хоть по-человечески похоронили, проводили, как должно, в путь всея земли.
А все-таки пусть бы еще пожил.