Из записных книжек МЦ

Присаживаюсь к столу. Рассказываю о Беттине, про Гете, кошку и черные его глаза.
— «О, я могла бы любить только 100-летнего!»
— «А был же Толстой, — Вы же его не полюбили».
— «Нет».
— «Ну, вот…» Всё понимая, улыбается.
— «Толстой — это не то».
— «А Анатоль Франс?»
— «О! Еще как! Он бы все понимал! Всё бы слушал!»
— «Равнодушно».
— «Нет, нежно — и с иронией!»

(Разве отец её мало любил? Впрочем, да, профессор Цветаев мало занимался дочерьми, всё больше музеем. Какие-то проходимцы обеих младших со двора свели. "Случайное семейство".)