Кошки Николина дня, лес и цветики
Старые знакомые.
Рыже-белая любит возлежать среди цветов, она эстетка.
Серый-полосатый под ягуара кот, не одобряющий курения, отказался фотографироваться и удрал из кадра, осталось полкота. Зато старую кошку-богатку, "черепашку", которая матриарх местных кошачьих (и понимает слово "рыба"), удалось подловить: дремала на кошачьем домике. У неё мимишная мордочка и она ласкова и умна.
Потом в лесничестве увидели яблоньку - не из тех садовых невест в кринолинах, что исходят сейчас бело-розовым цветом, а скромного дичка, лесную золушку.
Лесные цветики белые.
Всюду сосны. Вот так и живём, под голос яркий соловья, треск сойки, крик дроздов. Хожу в лес ради нескольких часов тишины и безлюдья. Комаров и потерпеть можно. Отрадный лес мне жизнь спас весной и летом 2011-го, а то бы не было ни "Сирина", ни "Садов-виноградов", ни меня, любезные други мои.
Рыже-белая любит возлежать среди цветов, она эстетка.
Серый-полосатый под ягуара кот, не одобряющий курения, отказался фотографироваться и удрал из кадра, осталось полкота. Зато старую кошку-богатку, "черепашку", которая матриарх местных кошачьих (и понимает слово "рыба"), удалось подловить: дремала на кошачьем домике. У неё мимишная мордочка и она ласкова и умна.
Потом в лесничестве увидели яблоньку - не из тех садовых невест в кринолинах, что исходят сейчас бело-розовым цветом, а скромного дичка, лесную золушку.
Лесные цветики белые.
Всюду сосны. Вот так и живём, под голос яркий соловья, треск сойки, крик дроздов. Хожу в лес ради нескольких часов тишины и безлюдья. Комаров и потерпеть можно. Отрадный лес мне жизнь спас весной и летом 2011-го, а то бы не было ни "Сирина", ни "Садов-виноградов", ни меня, любезные други мои.