Александр ПЕРФИЛЬЕВ (1895 – 1973). Три стихотворения
ТОЧКА
Лишь вчера похоронили Блока,
Расстреляли Гумилёва. И
Время как-то сдвинулось, жестоко
Сжав ладони грубые свои.
Лишь вчера стучал по черепице
Град двух войн — позора и побед, -
Лишь вчера «О, вдохновенье!» в Ницце,
Умирая, написал поэт.
Все́ года́, событья стали ближе,
Воедино слив друзей, врагов…
Между Петербургом и Парижем
Расстоянье — в несколько шагов.
Так последняя вместила строчка
Сумму горя, счастья, чепухи,
И торжественно закрыла точка,
Как глаза покойнику, стихи.
СТАРЫЙ ПЕТЕРГОФ
Вы вскользь сказали: «Старый Петергоф!
Я там жила... давно, еще девчонкой...»
И от простого смысла этих слов
Моя душа забилась грустью тонкой.
Взметнулись в ней осколки прежних снов...
Вы вскользь сказали: «Старый Петергоф!»
Вы помните: журчащие струи,
И Монплезир, и Шахматную гору...
Мой Петергоф! В полуночную пору
Как я любил все шорохи твои.
И музыку сквозь кружево листвы,
Подобную таинственному звону,
А позднею порой на рандеву к «Самсону»
Ужели никогда не торопились Вы?
И в лепете его немолчных струй
Вы разве не ловили шепот дерзкий?
И разве не дарил Вам поцелуй
Лихой поручик конно-гренадерский?
Я никогда нигде Вас не встречал,
Теперь вы стали дороги и близки...
Быть может, Вам влюбленные записки
Я юношей краснеющим писал?
И их бросал туда, где ряд скамей
Перед эстрадой струнного оркестра,
В тот миг, когда маман пленял маэстро
Колдующею палочкой своей.
А помните старинное село
С таким смешным названьем «Бабьи Гоны»?
Какой далекой песни перезвоны
Названье это в душу принесло!
Там собирались мы на пикники
Веселою и шумною ватагой...
Юнцы пленяли барышен отвагой,
И в преферанс сражались старики...
Вы помните? О, горечь этих слов!
Забыть ли то, что больше не вернется?
Ведь никаким изгнаньем не сотрется
В душе названье: Старый Петергоф.
БЕЗСМЫСЛИЦА
Я начал жить в безсмыслицу войны,
Едва лишь возмужал, расправил плечи.
Как будто для того мы рождены,
Чтобы себя и всех кругом калечить!
Вагон товарный заменял нам дом,
Минуты перемирий – полустанки,
Чтобы успеть сходить за кипятком,
Съесть корку хлеба, просушить портянки…
Любовь, теряя угольки тепла,
Дымила, тлела… и не разгоралась.
Вслед за войной война другая шла…
Жизнь кончилась. Безсмыслица осталась.